Об алкоголе в США...

Хочу немного поговорить о спиртных напитках. Вернее об одном, который я никогда не могу достать в России, но который каждый раз привожу из США. Это – виски из Канады «Crown Royal». Впервые меня познакомили с этим великолепным напитком в Баффало в 2005 году. Мои родственники при этом рассказали, что регулярно ездят за ним в Канаду (там езды около часа), поскольку они как американцы могут ездить в Канаду хоть каждый день без всяких виз. И возвращаясь оттуда беспошлинно могут покупать «Crown Royal» целыми коробками. Получается почти в два раза дешевле. Ну а я как-то несколько лет назад заметил его в магазине рядом с нашим домом в Лонг-Айленде. И теперь беру его прямо здесь. Думаю, для меня это все равно дешевле, чем ехать за ним в Канаду. Литр виски стоит здесь 33 доллара. По-моему, не очень дорого по сравнению с Россией. Пару раз покупал его в беспошлинной зоне аэропорта, возвращаясь в Россию за 20 долларов. В общем, виски не очень дорогой, но какой вкусный...

Сегодня решил попробовать по поводу окончательного выздоровления. Так сказать, для закрепления результата. Очень хорошо пошло...

Бабушка с внучкой кормят птичек

 

Мое мнение о виски жена и зять не разделяют...

Не думай о награде, которую желал и которая обманула...

Вот уже вторую неделю живу в доме наших детей в Нью-Йорке. Понемногу освоил дочкин компьютер (еще не до конца), купаюсь в бассейнах и в заливе Атлантического океана, играю с внучкой, качаюсь на качелях, наблюдая за белками и разноцветными птицами, которые резвятся в изумрудной траве заднего двора. Просто поражаюсь как американцам удалось вернуть то фантастическое мирное сосуществование животных и человека, которое было в Раю: белки и кролики, яркие птицы живут прямо около их домов. Ласковая домашняя собака Люська с лаем их гоняет, но видно, что это только игра... 

Вода в бассейне 30 градусов, воздух днем около 35 – жарковато. С непривычки перекупался (вылезать не хотелось), пиво было ледяным – простудился и дней пять кашлял и чихал, пил аспирин. Но вот сейчас, кажется, акклиматизировался, соскучился по своему блогу, по вашим комментариям, дорогие читатели. Впрочем, некоторые вести до меня доходят, смотрю все наши блоги и форумы. И вот возвращаюсь к активной «графомании» - настроил дочкин комп на русскую раскладку клавиатуры. Буду делиться своими «размышлизмами», вдруг кому-то будет интересно.

Около бассейна во дворе

 Вспоминаю те дни, когда я впервые увидел на сцене Арутюна Акопяна и на его груди огромную, золотую, сверкающую медаль на ленте. Она смотрелась совершенно волшебно на фоне ярко-красного фрака. Кажется, там была еще и драгоценная брошь в центре изысканной бабочки. Маэстро выглядел настоящим магом и проделывал такие фокусы, что мгновенно становился идеалом для юноши мечтающего стать фокусником. Хотелось подражать ему во всем: в движениях, в костюме, в его легкой манере общения, хотелось даже копировать его неподражаемый кавказский акцент. Но самую жгучую зависть вызывала его гигантская медаль, которая безусловно доказывала всем зрителям, сидящим в зале, и, разумеется, находящимся на низшей ступени развития, - доказывала его первенство, его принадлежность к «небожителям», творящим чудеса. В общем, медаль была недостижимой мечтой. Ее недостижимость определялась самым главным препятствием: в России не было никаких конкурсов, на которых ее можно было завоевать. А о том, чтобы попасть куда-нибудь в Париж из Саратова, где бывают международные соревнования фокусников, даже мечтать было как-то неприлично...

Теперь-то я понимаю очень хорошо, что любая творческая индивидуальность обязательно вырастает из маленького семечка копирования. Важно только, чтобы растущее деревце с каждым годом все меньше напоминало тот первый росточек, но при этом не утратило всех тех важных, замечательных особенностей, из которых, собственно, и произошло.

Поэтому мечтать о медалях, кубках и дипломах не только не зазорно, но является серьезной творческой мотивацией. Это уже потом понимаешь, почему твои родители как-то стеснялись надевать свои заслуженные ордена и медали. Возможно, они стеснялись своих друзей, сослуживцев, родственников – всех тех, кого эти награды как-то незаслуженно обошли. И лишь раз в году, в день Победы, просили меня помочь прикрепить на пиджак и на платье в несколько рядов свои медали, – когда шли на встречу ветеранов. И потом снова складывали их на целый год в бронзовую шкатулку.

Вот и я страстно мечтал «заработать» свою большую золотую медаль. Но вот только, слава Богу, войны никакой не было, а до выслуги лет еще надо было жить и жить. Поэтому можете ли вы представить мой восторг, когда в молодежном легере «Спутник» в Крыму, куда я попал где-то в конце 60-х, меня за участие в концертах наградили большой медалью с эмблемой лагеря! Медаль действительно была огромной: сантиметров 10-12 в диаметре. Правда, была она не золотой, а алюминиевой, но анодированной. Выглядела очень солидно. Я просверлил в ней дырочку, продел алую ленту, и теперь на всех концертах она сияла у меня на груди. Я ей очень гордился – ведь я ее честно заработал! Слава Богу, что пародийный номер Евгения Воронина, в котором он высмеивает таких вот артистов с медалями, появился через много лет. Я выступал с этой медалью около года, а то бы со стыдом убрал ее подальше на другой день.

Ну а потом началась череда фестивалей народного творчества. В семидесятых-восьмидесятых годах я выступал на таких фестивалях и как фокусник, и как кинорежиссер, и как руководитель клуба «МИФ». Заработал, наверное, пять или шесть лауреатских медалей. Да еще и два почетных знака: от ЦК ВЦСПС и от ЦК ВЛКСМ. Была уже целая горсть наград... И огромная кипа всяких грамот. А потом была аспирантура, работа преподавателем, докторантура, защита докторской диссертации – за все это никаких наград не полагалось. Незаметно подошел и пенсионный возраст.

И вот тут-то коллеги выдвинули мою кандидатуру на избрание членом-корреспондентом Российской Академии Естествознания (РАЕ). Надо сказать, что в России в настоящее время пока еще существуют три «настоящих» Академии: РАН, РАМН и РАСХН. (Впрочем, Википедия сообщает о шести государственных академиях, но министерство пытается объединить лишь вот эти три). Все остальные – это не государственные, а общественные. И РАЕ, куда меня избрали, самая из всех старая – 18 лет назад основанная. Но академия почетная: ежегодно проводит десятки международных конференций, выставок, презентаций. Издает десятки своих научных журналов, два из которых входят в перечень журналов ВАК. В общем, академия очень нужная тем, кто не имеет уж особенно выдающихся трудов и открытий, но работает и хочет поделиться своими наработками с коллегами. Академия не получает никакого финансирования от государства, все работают на голом энтузиазме. Но Президиум Академии все-таки находит возможность морального поощрения своих членов: учреждены несколько медалей и орденов, происходят ежегодные награждения. Вот и меня в прошлом году наградили медалью имени А. Нобеля:

	Медаль имени А. НОБЕЛЯ Награждаются ученые и специалисты за вклад в развитие изобретательства. А в этом году наградили еще и орденом:
	Орден LABORE ET SCIENTIA (ТРУДОМ И ЗНАНИЕМ) В рамках национальной программы «Золотой фонд отечественной науки» и в соответствии с решением комиссии по наградам «Европейского научно-промышленного консорциума» (www.euscience.info) учрежден орден LABORE ET SCIENTIA – ТРУДОМ И ЗНАНИЕМ.

Я никогда не надевал на свой костюм этих наград, как, впрочем, уже много лет не надевал и своих лауреатских медалей: сейчас уже прошло, на мой взгляд, время, когда количеством наград пытались обозначить престиж человека. Наверное, есть более важные индексы значимости дел. Да и проявиться они должны не при жизни, а через много лет, когда улягутся страсти борьбы за первенство, когда замолкнут выкрики «А ты кто такой!», когда без всяких пояснений будет видно, кто и чем занимался. Когда будет ясно, что человек делал свою работу, потому, что просто не мыслил жизни без нее.

Протул Чандра Соркар привел в предисловии к своей книге старинную притчу о том, как разные каменотесы работали на стоительстве храма. Когда их спросили, чем они занимаются, ответы были разные.

Один сказал, что за несколько монет в день он вырубает огромные камни.

Другой сказал, что уже много лет занимается этой тяжелой, бесконечной работой.

А третий спокойно сказал, что он строит храм.

Хочу еще немного поделиться фотографиями, сделанными в этом году в Нью-Йорке. Жизнь тут кипит и хочется в ней поучаствовать.

внучка очень любит плавать в океане

выставка современного искусства в Нью-Йорке

первое знакомство с пони

 

почему-то в Америке все собаки ласковые...

современное искусство еще надо понять...

Благодарность за соболезнования

Уважаемые коллеги, благодарю всех, кто выразил мне соболезнование в связи с кончиной моей мамы. Вот уже и девять дней минуло с этого горестного события. Через два дня я улетаю в Нью-Йорк – дочка купила мне электронный билет. На сороковой день поминать маму буду уже там, вместе со всей семьей.

Жизнь продолжается… Думаю, что в США будет много интересного в иллюзионном мире. Обязательно попытаюсь посетить все фокусные мероприятия Нью-Йорка. Блог продолжу вести уже там. Вернусь домой в Саратов в начале сентября. До новых встреч!

Как молоды мы были.... Фокусы на Кипре (продолжение 22)

Думаю, что мне исключительно повезло. Судите сами: в декабре 1993 года небольшая фирма предложила поездку на Кипр в качестве переводчика в составе делегации из двух человек – я и глава «делегации» Юра Немков. Разумеется, я тут же согласился. Работы предполагалось не так уж много, так что должно было оставаться время для знакомства с иллюзионной жизнью Республики Кипр.

Вылетать мы должны были из Шереметьева довольно неудобным утренним рейсом, так что мы приехали за сутки, и заночевали у юриной знакомой, рядом с аэропортом. Квартира была маленькая. В ней, кроме хозяйки, жил великолепный рыжий кот, который все время ко мне ластился.

После трехчасового полета, наш самолет снижается. Под крылом маленькие облака над ярко-синим Сре­диземным морем. Рядом со мной сидит коммерсант из города Ларнаки. Я сразу же стал опробовать свой английский. Мы познакомились, и он  успел рассказать, что в городе есть кафе «Глобус», где я смогу в любой вечер встретить единственного фокусника острова Кипр - Поля Томаса.

Юра Немков купил нам тур на неделю в небольшой гостинице на берегу моря. Там предполагалось прожить вначале, а затем думали найти другое местечко, подешевле. Из аэропорта такси привезло нас в эту уютную гостиницу. Вдоль дорожки к морю стояли мандариновые деревья, усыпанные в декабре яркими сочными плодами. Мандарины можно было рвать в неограниченных количествах. Море было прохладным и очень прозрачным. Саратовцам из заснеженного города, и погода, и море, показались настоящим раем.

Через несколько часов, узнав телефон кафе, я позвонил туда из отеля, и попросил передать Полю Томасу, что его коллега из России хочет с ним встретиться. Хозяин кафе заверил, что непременно передаст Полю сообщение о моем приезде вместе с адресом отеля. Я понятия не имел ни о возрасте Поля, ни о том, чем он занимается в Магии, ни о том, знает ли он английский, но был уверен, что мы найдем темы для разговора. Почему-то я представлял его солидным, пожилым, опытным фокусником. Да и, вообще, в голове крутились мысли о Магии и о Магическом... Впрочем, это можно объяснить.

Ведь Кипр, как считают ученые, последняя частица исчезнувшей Атлантиды и весь воздух этого красивого острова пропитан ароматом древних утраченных знаний атлантов. Греческие мифы утверждают, что у берегов Кипра из воздушной пены морских волн появилась богиня любви Афродита, во многих гимнах которую именуют Кипридой, «кипророжденной». На острове до сих пор сохранились странные развалины таинственных храмов с удивительными алтарями, посвященными забытым ныне божествам. Сами киприоты уже много веков, как и россияне, православные христиане, но до сих пор в лучах поднимающегося из морской синевы солнца сверкает какая-то странная тонкая аура нездешней жизни, в которой люди запросто общались с богами, и, отведав их пищи – легендарных амброзии и нектара, становились вечно юными и бессмертными. Десятки тысяч туристов собираются летом на живописных песчаных пляжах, привлеченные не только красотами Кипра, но и этой магической атмосферой. Вы можете понять мое волнение в ожидании встречи с настоящим кипрским Магом.

Вечером в холл нашей гостиницы вошли двое молодых людей, в которых я тут же узнал своих кипрских коллег. Второй юноша оказался двоюродным братом Поля, также фокусником, приехавшим специально из Никосии для встречи со мной. Как оказалось, приезд на остров фокусника, да еще и вице-президента магического Круга из России, для них явился еще большей приятной не­ожиданостью, чем для меня. На острове за несколько десятилетий не появлялся никто из зарубежных Магов, а Поль и его брат Костас, были единственными фокусниками на Кипре. Наверное, по этой причине они очень популярны на острове и, где бы мы с ними не появлялись, повсюду их встречали радостными возгласами. Они довольно молоды: тогда Полю было 26, а Костасу 24 года. Занимаются фокусами около восьми лет, выступают в жанре комической магии, хотя Костас практикует и сценический гипноз. Все на сцене они стараются преподнести в комическом плане и это у них отлично получается, особенно у Костаса. Он около двух лет учился фокусам и работал в ресторанах и казино Лондона.

Первый вечер мы провели за столиком в полупустом (декабрь - мертвый сезон) зале ресторана нашего отеля, демонстрируя друг другу магические способности, как это, наверное, принято во всем мире при знакомстве фокусников. Для меня в то время многое явилось интересным и новым, особенно различные комические «корючки» Костаса. Мы с Юрием хохотали до икоты, наблюдая все, что он проделывал с обыкновенными очками. Очень смешно Костас уверял нас, что зрение у него отличное, что в очках он не нуждается, стараясь при этом положить их в верхний карман пиджака, и никак в него не попадая. Затем он прикладывает очки к глазам, выискивая злополучный карман на своем пиджаке и приглядевшись, со вздохом облегчения, засовывает их туда. Говорит, что последнее время он перешел на контактные линзы, и тут же достает из глаза и протягивает нам огромное увеличительное стекло. После того, как мы подержали эту линзу в руках и вдоволь на­хохотались, он неуловимым движением «вставляет» ее назад в глаз. Достает из кармана очки,     протирает стекла платком, протаскивая при этом платок через отверстия для стекол, и мы снова хохочем, заметив, что стекла в очках куда-то исчезли. Очки мгновенно оказываются у него на переносице, правда, надетые вверх ногами, что вызывает новый взрыв смеха. Костас очень органичен в комической магии. Создается впечатление, что эти шутки рождаются у него самопроизвольно каждую секунду – они выглядят как естественные ловкие импровизации.

Для кипрских коллег совершенно неизвестным оказался жанр ментальной магии и работа с веревками – завязывание и развязывание узлов. Очень быстро они освоили несколько простых приемов, причем Костас тут же внес в них отличную дозу юмора. Как я убедился впоследствии, он обладает довольно редким мышлением комического фокусника – любой трюк сразу же видит через призму смешного, выворачивает наизнанку, ищет пути, как не только удивить зрителей, но и рассмешить так, чтобы никто и не пытался разгадать секрет трюка.

Поль выступает с крупными иллюзионными аппаратами, демонстрирует «сон в воздухе», «гильотину», «ящик-молнию» и другие. Аппараты отлично сделаны и моментально разбираются. Ему помогает ассистентка, вдвоем с которой они за несколько минут разбирают реквизит на части и укладывают его в японский микроавтобус. На нем Поль раскатывает по всему острову, умудряясь иногда за вечер сделать несколько выступлений.

Но в декабре на острове «мертвый сезон», выступлений почти нет. Правда в рождественскую неделю будет несколько концертов перед детьми, а пока приходится выступать в ресторанах, демонстрируя микромагию перед мало­численными группами туристов, преимущественно из России. В этих выступлениях Поль показывает небольшие шуточные миниатюры с картами, шариками, платочками, но гвоздем программы неизменно остается трюк с глотанием бритвенных лезвий. Наблюдая этот «триллер», я жалел, что рядом со мной не было Олега Катаманина, который известен всем российским магам исполнением именно этого жуткого трюка, в котором ему, без­условно, равных нет! Поль демонстрирует трюк с лезвиями очень чисто, но традиционно, поэтому такого восторга, как при выступлении Олега, я не испытал, хотя зрители вскрикивали от страха, когда Поль медленно пережевывал очередную бритву.

Поль несколько раз приглашал нас с Юрием на свои выступления в ресторанах, но самым интересным было для нас его приглашение на концерт, который он давал на английской военно-морской базе. Никогда даже не думал, что нас так просто пропустят на эту базу, даже не посмотрев на паспорта. Мы заехали туда на маленьком автобусе с Полом. Пока он готовил свой реквизит, мы устроились за барной стойкой и заказали по кружке пива. На базе был какой-то праздник. Вместе с английскими моряками веселились и их подружки. Мы с Юрой несколько раз переглянулись, поскольку буквально все женщины на этой базе, не вызвали у нас никаких мужских эмоций: у них были очень своеобразные вытянутые лица, непривычные для нашего русского стандарта женской красоты… Как я понял, это были их английские женщины.

Кстати, все женщины-киприотки на острове очень привлекательны, доброжелательны и гостеприимны. В эти дни в России проходили очередные выборы в Думу. Когда в нас узнавали русских, неизменно встречали громкими криками, приветствовали, хлопали по плечу. И все время одобрительно произносили фамилию Жириновского. Оказалось, что его партия на тех выборах набрала много голосов. А лидера ЛДПР очень любят и уважают на Кипре: именно он пообещал выгнать с острова турок и сделать весь Кипр греческой территорией в случае своей победы.

В один из вечеров, надев тренировочные костюмы, мы с Юрой пустились трусцой вдоль берега великолепного моря. Мы пробегали мимо маленьких ресторанчиков, на террасах которых сидели посетители, пили кофе. Почему-то они встречали нас смехом и аплодисментами. Мы ничего не могли понять, пока я не оглянулся. За нами бежала дюжина тощих кипрских котов! Все они дико орали и не собирались отставать. Я со смехом раскланялся как дрессировщик, чем вызвал еще более громкие овации. Юра обратил внимание на несколько измененный цвет низа моих штанов. Я принюхался и понял, что московский кот передал-таки весточку своим кипрским коллегам, пометив мои тренировочные брюки. Чем я только не пытался потом отстирать это московское послание!

Через неделю мы переселились в небольшую частную гостиницу в центре Ларнаки. В номере у нас была кухня, и я добровольно взял на себя роль повара. Мы ходили на базар, покупали все, что было нужно для завтрака, а вечером иногда ходили в рестораны. На базаре я был потрясен размером кипрского чеснока, каждая долька которого была размером с мой кулак! Я привез несколько таких «зубчиков» домой и весной посадил их на даче. Но ничего не взошло…

В Ларнаке было полно маленьких магазинчиков, в которых нам неизменно предлагали кофе или сок, пока кто-то из нас что-то рассматривал. В одном магазинчике я увидел отдел игрушек. Около него стояла огромная корзина, наполненная маленькими резиновыми мячиками. В России в то время ничего подобного не было. Я взял в руку один мячик и показал его «исчезновение». Изумленный продавец потребовал повторения. Слава Богу, я знал много манипуляций с шариками. Продавец привел хозяина магазина. Тот, увидев, что я умею делать, тут же предложил мне взять на память любые мячики. До сих пор я манипулирую все теми же ярко желтыми резиновыми шариками! Хозяин предложил мне завтра поработать с фокусами в его магазинчике. Удивить фокусами детишек и их родителей. В качестве гонорара предложил забрать десяток любых видеокассет. Тогда не было еще лазерных дисков, а каждая кассета стоила в России таких денег, что я тут же согласился. Назавтра выступление состоялось, и мы расстались вполне довольные друг другом.

Кстати, помню, как я помог выбрать стеснительному Юре подарки для дочки. Он очень стеснялся долго перебирать платьица и маечки, и уйти от гостеприимных хозяев, ничего не купив. Я пообещал, что хозяева будут нас приглашать еще раз зайти, будут угощать соком, а он может рыться в товарах, сколько угодно. Юра не верил.

Мы подошли к первому магазинчику, куда нас сразу же стали зазывать зайти. Я предложил Юре спокойно идти и выбирать все, что ему понравится. А сам показал продавцу на свою крупную фигуру и попросил подобрать что-нибудь для меня. Продавец тут же бросился к своим прилавкам и начал судорожно выкладывать передо мной брюки, шорты и майки. Разумеется, все это было на несколько размеров меньше того, что я мог на себя надеть. Продавец пытался мне что-то найти, а Юра, едва сдерживая смех, рылся в товарах. Когда он подавал мне знак, что ничего хорошего не нашел, я с сожалением констатировал, что в этой лавке мне ничего не подходит. Расстроенный продавец провожал нас до выхода, кланялся и предлагал зайти завтра. Юра был в восторге от этой уловки .

Несколько раз мы встречались с кипрскими фокусниками в кафе «Глобус», до которого из нашей новой гостиницы теперь было рукой подать. Наши кипрские коллеги надолго останутся у меня в памяти как одни из самых доброжелательных, открытых к общению, остроумных, веселых, простых людей. Они просили передать всем российским фокусникам большой привет и пожелания счастья и успехов, как в России, так и на всех международных конкурсах! Они рады будут встретить на Кипре наших фокусников и примут их как самых близких друзей!